Вы находитесь здесь: Главная » Интересно » Культура » «Жизнь – сапожок непарный» — можем повторить?

«Жизнь – сапожок непарный» — можем повторить?

Читать книгу — http://e-libra.ru/read/244890-zhizn-sapozhok-neparnyj-vospominaniya.html

Наверное, свое мнение о прочитанной книге стоит писать именно в тот момент, когда ты ее читаешь. Это как обед – когда ты его ешь, тогда и рассказывай. Потому что послевкусие может быть иным, а уж со временем – вообще забудутся детали, останется только чувство сытости.

Вот и я читаю сейчас книгу Тамары Петкевич «Жизнь сапожок непарный»  и все время хочу рассказать, что меня в ней будоражит. Потом думаю, вот дочитаю, тогда напишу. Но все равно не дает покоя, тянет жилы эта книга.

В моей жизни было несколько книг, которые я не смогла дочитать до конца не в силу бездарности их авторов, а в силу невозможности продолжать эту муку. Первыми были «Колымские рассказы» Шаламова, потом «Над пропастью во ржи» Валерии Ильинишны Новодворской. Поэтому когда я начала читать «Жизнь сапожок не парный», я в принципе понимала про что эта книга и была готова потерпеть. Все равно в начале, где-то в первой трети, было желание закрыть и больше не мучиться с героиней, тем более, что рассказ ведется от первого лица.

Но, даже закрыв книгу с целью больше ее не открывать, на следующий день открывала снова. Она тянула к себе, тянула (и тянет) из меня все жилы, физически больно. Больно еще и от того, что это не только гипотетическая боль моей страны, моего народа. Это боль моей семьи – такой же разрушенной, разбитой, истерзанной и убитой.

Мне не дает покоя и сейчас, что никогда эта часть истории страны не была отрефлексирована, даже в речи Хрущева про культ личности Сталина не говорилось о геноциде против всего советского народа, про миллионы убитых и покалеченных, про их семьи, которые выбирали свой путь. Кто-то отказывался от родителей или посаженных по 58 статье родственников. Кто-то не отказывался  и шел вслед за ними либо до конца жизни боялся стука в дверь.

Моей маме было пятнадцать лет, когда умер Сталин. Им объявили эту скорбную новость в ремесленном училище. Все стояли вокруг и плакали, а она смотрела на них сухими глазами и думала про себя – сдох Ирод.

Только читая сейчас книгу Т. Петкевич, я вдруг осознала, что я до этого ничего подобного не читала. Безусловно, «Дети Арбата» А. Рыбакова – но там только про начало репрессий. «Колымские рассказы» Варлама Шаламова – это уже про лагеря. А Петкевич соединяет в своем романе все – то что было до присно памятного тридцать седьмого, то, что было в то страшное время, «когда улыбался только мертвый, спасению рад», как писала Анна Ахматова в «Реквиеме». И безусловно то, что было и в лагерях и после освобождения (кому повезло освободиться), но еще до смерти Сталина.

Кому мешали эти миллионы людей? Кому поперек горла стали их жены, их дети? Зачем нужно было «в стране победившего социализма» истреблять цвет нации – интеллигенцию, активную часть молодежи, работящих крестьян, инженеров, врачей, военноначальников?

За что мы расплатились этими жизнями – ушедшими или искалеченными? Почему до сих пор мы не то, что не признали этот факт, а, продолжая о нем умалчивать, снова поднимаем хоругви с портретами Сталина? Когда у нас наберется гражданского мужества признать геноцид собственного народа?

Эти вопросы не дают мне покоя. У меня нет ответа. Пока я делаю то, что могу – запишу то, что помню о своих дедах, сохраню это своим внукам, чтобы помнили и своим внукам передали.

Вернемся к роману Т. Петкевич. Поражает эта женщина. Обилие талантов немыслимое. Институт иностранных языков – лучшая студентка. Нужда заставляет – расписывает батик. Мединститут – кандидатка на сталинскую стипендию (забрали в тюрьму, потому не получила). Талантливая актриса, крепкий писатель.

А уж в лагерях кем только она не была – и копачем, и грузчиком, и прядильщицей, и санитаркой. И все эти ипостаси переносятся с таким стоицизмом, которого – я уверена – в нас нет и в помине!

Когда я читала о ее любви  и страдании, все время думала – как она могла так написать, зная, что будет дальше? Вообще по прочтению была масса вопросов  и первый – как она вообще могла запомнить (ведь это не то что сейчас – есть возможность записать, вести ЖЖ, ручки-тетрадки навалом) , а тогда нечем и не на чем было писать да и опасно – могли в любой момент прийти и забрать. Да еще по написанному тобой добавить срок.

Она запомнила много – имена, детали разговора, сохранила, когда уже могла, письма. Восстановила по памяти все события. Удивительно!

Второй момент, который меня тоже поразил даже не в ее рассказе, а в новом видении истории. Всю войну она сидела в лагерях. И я себе представила, что вот идет война, на фронте гибнут люди, в тылу маются другие, и есть огромное количетсво людей, которые, вместо того, чтобы идти на фронт или работать в тылу – сидят в зоне, без еды, без одежды, без медицинкой помощи, работают даром. Ведь разве бы они не работали также даром, как это делали люди на воле? Тогда зачем их было держать в тюрьме?

И есть другие люди – их тоже огромное количество – которые их стерегут, над ними измываются. И снова вопрос – разве было бы хуже, если бы эти здоровые и сильные мужики, которые в своей жизни не заработали ни рубля, потому что какая это работа – сторожить, пошли бы на фронт и защищали нашу Родину? А они сидели в каптерках и жрали свой отнюдь не урезанный паек, на который им зарабатывали десятилетние мальчишки, стоявшие по двадцать часов у станков. Жрали, не подавились, а только еще больше мучали, пытали, измывались над безвинными.

Моя мама сейчас яростно ведет телефонные дебаты со своей знакомой, которую минула чаша сия. Ни она сама, ни ее ближайшее окружение не сидели, не привлекались, не реабилитировались. Эта знакомая до сих пор верит, что если сажали, то за дело. Если расстреливали, то – врага. Что с нее взять – она уже старуха, верила в это всю жизнь, сейчас своих верований ни за что не поменяет.

Но ведь есть еще молодые, которые не знают (или знать не хотят?) – что это было, почему и как. А если не знают, если не поняли и не отрефлексировали, всегда есть вероятность повторить.

Так что – МОЖЕМ ПОВТОРИТЬ?

Рина Пиантанида

P.S. Нашла в википедии страничку Тамары Петкевич и обомлела — есть дата рождения, а даты смерти нет. Она еще жива! 97 лет!!! Вот бы поехать к ней, увидеться, просто поклониться. Нашла еще фильм Марины Разбежкиной — http://tvkultura.ru/brand/show/brand_id/27950

Related posts:

Веб-сайт автора

Создатель клуба "Замуж за иностранца" и автор Школы Интернет Знакомства - http://shkid.com/ Практический психолог, тренер. Специализация - знакомства в Интернете, знакомства с иностранцами, психология отношений. Коуч. Специализация - life-coach, dating-coach, relationship-coach Писатель и блоггер. Семейное положение - замужем за Джоном Пиантанида (искала и нашла своего мужа по Интернету). Имею двоих детей - дочь Зоя и сын Павел - и внука Николая. Постоянно проживаю в США, штат Флорида, г. Тампа

1 Комментарий

  1. Марина, согласна с каждым твоим словом, потому что то, что удалось пережить моему роду — это просто немыслимо. Об этом надо рассказывать молодым, всю правду о Сталине, всю правду об истории, не той, написанной красиво, а о той — действительной. Спасибо за ссылочку на книги.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *